Skip to content
 

Ещё раз о нецензурной брани. Осквернение уст

Ещё раз о нецензурной брани. Осквернение уст

Представьте себе: город, обычный июльский вечер. Дети, радуясь долгому летнему дню, играют на улице. Говоря о детях, я имею в виду тех веселых, непосредственно радующихся всему маленьких людей, которые либо только начали ходить в школу, либо уже учатся «аж в пятом классе». Летние игры детей с течением времени не слишком изменились: девочки также играют в классики, а мальчишки – в футбол, когда же почти весь двор в сборе, то играют в прятки либо в казаки-разбойники.

Вот только в наши дни вечером, открыв окно, чтобы насладиться прохладой после удручающего зноя летнего дня, мы нередко слышим не только веселый смех детей, но и звучащую из невинных детских уст отборную нецензурную брань.

Первый вопрос, который приходит на ум взрослому человеку после испытанного шока: «Когда они всего этого набрались и где?!». Вопрос довольно-таки тривиальный, и не удивительно, что ответов на этот вопрос может быть множество, как и вариантов, что называется, «развития сюжета». И так же много может быть предложено мнений по поводу того, что же нужно сделать, чтобы устранить саму причину возникновения подобных вопросов.

Исследователь И.А. Стернин в своей статье «Социальные факторы и развитие современного русского языка» с научной точки зрения филолога-лингвиста объяснил причины, которые стали основанием для развития и «стабилизации» в языке наших детей нецензурной брани. Он пишет: «Отмена политической цензуры привела и к исчезновению языковой цензуры, что, в свою очередь, привело к проникновению в печать, на экраны телевизоров, на радио, в кино и литературу большого объема сниженной, жаргонной, вульгарной и даже нецензурной лексики.

Это связано также со смешением в массовом сознании понятий свобода слова (“говори, что хочешь”) с понятием свобода речи (“говори, как хочешь”), что, разумеется, не одно и то же. Подобное смешение, существующее в настоящее время в повседневном сознании многих носителей языка, приводит к заметной и неоправданной либерализации отношения к нормам языка, и прежде всего – в сфере культуры речи и культуры общения.

Значительно увеличилась в сознании людей степень публично допустимого в разговорной речи; сплошь и рядом используются слова и выражения, ранее никогда публично не произносившиеся; расширяется психологическая готовность носителей языка позволить себе “речевые вольности” вплоть до грубой и нецензурной лексики. Увеличивается доля людей, считающих для себя возможным пренебрежительно относиться к нормам речевого этикета.

Заметно увеличилась частотность использования обращения на “ты” к незнакомым людям, особенно в крупных городах; наблюдается тенденция к формированию у людей мнения об “условности” речевого этикета, его ненужности в современном общении. “Свобода речи” заметно расшатывает систему тематических табу, существовавших в русском коммуникативном поведении: так, стали публично обсуждаться темы секса, противозачаточных средств, гомосексуализм и подобные».

Ученый-филолог указал нам причины появления столь гнусного явления как сквернословие. Но обществу, как и больному, намного важнее знать не о причинах его болезни, а о тех последствиях, которые может вызвать заболевание. Святитель Иоанн Златоуст писал: «Ужели ты не думаешь прогневать Бога, когда на трапезу Его (а уста наши и есть трапеза Божия, когда мы приобщаемся в таинстве Евхаристии) приносишь слова, гнуснейшие всякого нечистого сосуда?».

Сейчас часто говорят о магическом действии слов, имен, названий. Так вот именно на это, говоря о сквернословии, указывал епископ Варнава (Беляев): «Сквернословие – гнусный порок, который в Священном Писании приравнивается к смертному греху (см.: Еф 5: 4). От него стонет земля русская, им растлены души и уста великих философов и писателей, которые еще стараются учить других добру и произносить вслух прекрасные слова, никак не могут справиться наедине, когда ничто уже не препятствует сдерживать себя…

Есть растление тела, и есть растление души, и насколько душа превосходит тело – и поскольку слово есть самое ценное и высокое в человеке, отличающее его от скотов и уподобляющее Богу (Бог Слово), – настолько растление души и этого слова – великий грех в сравнении со всеми прочими.

Срамословие присуще всем векам, местам и народам. Порок этот есть наследие чисто языческое. Он всецело коренится в фаллических культах древнего Востока, начиная с глубин сатанинских и темных бездн в честь Ваала, Астарты, Хамоса и проч. Причем этот порок и какое-то тайное, странное тяготение к нему стоят в прямой зависимости от того, насколько близко стоит человек к Богу. И если он отодвигается от Божества, то тотчас же начинает задом входить в область сатанину и приобретать эту скверную привычку – вместо Бога имя лукавого и вместо божественных вещей поминать срамное.

Скверные чудовищные выражения суть на самом деле “священные” “молитвенные” формулы, обращенные к срамным демонам. Христианин! Употребляя их, кому ты служишь вместо Бога, кому молишься, что ты делаешь! Ты не просто совершаешь легкомысленное дело, не простую грубую шутку допускаешь, слова твои не просто колебания воздушных волн. Но ты произносишь – хотя, несчастный, и не веришь – страшные заклинания, ты накликаешь и привлекаешь гнуснейших бесов, ты в это время сатане приносишь противоестественную словесную жертву!.. Ты делаешься, не зная и не хотя этого, колдуном, магом, чародеем…».

Действительно, трудно противостоять разлагающему и стремительно разрастающемуся, словно злокачественная опухоль, греху сквернословия. Врачи же всегда говорят пациентам о том, что заболевание легче предупредить, чем вылечить. Для нас и наших детей такими средствами, укрепляющим нас и исцеляющим от страшной греховной болезни сквернословия, являются таинства исповеди и покаяния. Ведь, приступая к ним с должным приготовлением, мы становимся способными восстановить с помощью Божией чистоту нашего сердца, которое уже не сможет служить источником для зловонного потока сквернословия, а будет только лишь чистым источником славословия и благодарения Богу.

© Юрий Кищук